Анна Литвинова: Интриги воспитания

Писательница Анна Литвинова никогда не обманывает ожиданий читателей. Остросюжетные романы, написанные ею в соавторстве с братом Сергеем, разлетаются огромными тиражами. Но жизнь наполнена не только работой. У Анны подрастают сыновья: старшему, Дане, скоро будет четыре года, младшему, Никите, – два.

АННА ЛИТВИНОВА Я думала, если детей двое, то и сложнее с ними будет вдвое. Но оказалось, труднее раз в пять или шесть. Удовольствие от общения с малышами удваивается, но прибавляется и проблем. Старшему до сих пор очень сложно примириться с тем, что мама принадлежит не только ему. Когда принесли Никитку из роддома, мне показалось, что у Дани разрушился какой-то свой мир, сказочное королевство. Он никак не мог понять, почему мама теперь спит с малышом и качает того на руках и почему Никитке постоянно достается тепленькое местечко у мамы под грудью…

СЧАСТЛИВЫЕ РОДИТЕЛИ Старший ревновал?А.Л. Он и сейчас ревнует. Дети спорят: «Это моя мама!» − «Нет! Моя!» Пока ничего другого не придумала, как сказать обоим: «Наполовину твоя, а наполовину – твоя». Даня выдвинул свою версию: «Ты – моя мама. А мама Никитки – это папа». Но мы с мужем Володей, конечно, не согласились.

С.Р. Дети дружат? Играют вместе?А.Л. К сожалению, пока не очень. Наверное, еще по возрасту Никитка Дане неинтересен. К тому же любая их игра быстро переходит в военные действия. И за свою собственность каждый воюет отчаянно. Даже если мы покупаем им две одинаковые игрушки, Даня старается обе прихватить себе. А когда старший вдруг отвлечется, Никитка кидается перепрятывать все его сокровища. Даня, естественно, приходит в ярость…

С.Р. Ваши сыновья разные?А.Л. Даня, как называет его моя подружка, «трепетная лань». Натура тонкая, ранимая и при этом очень вредная. Никитка более добродушный, дамский угодник: помогает мне обуваться, постоянно говорит, что «мама красивая». Еще Даня совсем равнодушен к животным, а Никитка, когда их видит, сразу улыбается. Типичные «лед и пламень» − абсолютно разные ребята. Мы с мужем учим детей, что друг для друга они − самые дорогие люди. Я все время говорю Дане, что никто никогда не будет его защищать так, как брат. Мне кажется, в сложном младенчестве есть свои плюсы. Пусть сейчас тяжело, зато насколько же ты ценишь малейшие изменения к лучшему! Как-то утром дети играли вместе минут пятнадцать. И все эти пятнадцать минут не дрались, не щипали друг друга, никто не плакал. Честное слово, мы с мужем как будто в отпуск съездили, спокойно попили кофе, поболтали.

С.Р. А у работы дети время отнимают?А.Л. Работа никогда не должна страдать − это мой жизненный принцип. Забираюсь в самую дальнюю комнату, закрываю все двери и изо всех сил стараюсь не обращать внимания на визги, крики и все прочее. Утренние часы я за компьютером. Иначе и быть не может, у меня контракт, обязанности перед издательством «Эксмо». Когда работаю, младший с няней, а старший в садике. Вечера, конечно, стараюсь проводить с сыновьями. Но на то, что я себе позволяла всю жизнь – регулярные занятия в спортивном клубе и маникюр раз в две недели, дети не повлияли.

С.Р. Старший уже ходит в детский сад?А.Л. Мы живем за городом, и сначала я хотела возить его в садик в Москву. Стала искать хороший, но почему-то все детские сады по какому-то подлому закону расположены поблизости от магистралей. Поэтому в садик Даня ходит за городом. У них там и английский, и физкультура, и много других занятий. Правда, Данилка пока все время норовит вместо учебы сбежать в игровую.

С.Р. Как относитесь к методикам раннего развития?А.Л. Даня – первый ребенок, к тому же не самый ранний. И на нем я опробовала всевозможные перинатальные методики. Еще до рождения включала ему специальную музыку, картины показывала, водила в театр. Говорила: «Даня! Я смотрю «Лебединое озеро», вот послушай «Танец маленьких лебедей». А Даня там, в животе... И, конечно, ему на этих лебедей наплевать… Потом, когда он уже родился, включала ему Чайковского, тоже в соответствии с методикой: мол, еще в животе привык, должен под эту музыку успокаиваться. Ага, сейчас! Только ревел, абсолютно истошно. А успокаивался, только не смейтесь, под песни групп «Рамштайн» и «Кино». Полный бред! Так что второго ребенка пытать методиками я не стала. И вообще практически не обращала на вторую беременность внимания – летала в командировки, работала с лэптопом на пузе, таскала на руках старшего. И что вы думаете? Никитка гораздо спокойнее Дани. И спать сразу начал нормально, и плачет только в случае крайней необходимости. Так что всем теперь советую: лучшая методика – поменьше думать о своей беременности.

И еще я очень рано начала обоим детям читать. Дане мы купили Чуковского, когда ему было две недели. Как все дети, он отвлекался, рвал страницы. Все равно мы ему читали, читали и читали. Нам с мужем долго казалось, что зря стараемся. Но, когда ему уже стало около года, заметили, что сказки ему нравятся и он сам просит ему почитать. Точно так же Никитка растет. Самые приятные моменты − когда я сижу с книжкой, а они − с двух сторон около меня и мы читаем.

С.Р. Ваш муж много общается с детьми?А.Л. Конечно, это же мальчики. Уже возникают вопросы: «Мама, как устроена розетка?» Я не знаю, как она устроена, и знать не хочу. А папа охотно им объясняет технические подробности, сажает их за руль. С папой они строят игрушечные гаражи, города, закладывают фундаменты зданий, очень любят строительную тематику. Обожают залезать в папину мастерскую, спрашивают рубанок, какие-то отвертки…

С.Р. Если вы на свою жизнь посмотрите как писатель, в чем для вас главная интрига воспитания детей?А.Л. В том, чтобы отношения моих сыновей стали такими же теплыми, как у меня и у моего брата. И для меня главная интрига, чтобы и Даня с Никитой, несмотря на свою нынешнюю вражду, поняли, что они самые близкие люди. И чтобы Даня на мой вопрос: «Кого ты больше любишь?» − говорил не «Маму», а «Никиту». Чтобы они пришли друг другу на помощь, даже если будут в разных частях планеты.

интересное в сети