Проблемы родом из детства? Эксперт — о том, как устроены мозг и психика ребенка
Фото
VGstockstudio/Shutterstock
Михаил Никитин
Михаил Никитин
старший научный сотрудник отдела эволюционной биохимии НИИ физико-химической биологии им. А. Н. Белозерского при МГУ, автор книги «Происхождение жизни. От туманности до клетки»

Можно ли «перевоспитать» гены

— Что важнее: среда или наследственность? Если ребенок воспитывается в нормальной психологической атмосфере, это может нивелировать негативную генетику?

— Надо разбираться в каждом конкретном случае. Какие-то врожденные генетические заболевания социальной средой не исправишь, что-то вполне можно сгладить. Если ребенок родился с ДЦП, то средой это не исправить. А есть, например, история про ген моноаминоксидазы. Он кодирует белок, который работает в нашем мозге и расщепляет там нейромедиаторы — дофамин и серотонин. Исследования обнаружили связь этого гена с импульсивным и агрессивным поведением. То есть, когда моноаминоксидаза работает слабо, уровень дофамина и серотонина повышены, и человек может вести себя более активно и хуже себя контролировать.

— Получается, что существует ген агрессии?

—  В Америке это очень популярная теория, потому что ее несколько раз использовали адвокаты для защиты своих подопечных. Этот генный вариант получил название «ген воина». У мужчин малоактивный вариант моноаминоксидазы, по статистике, очень часто представлен у сидящих в тюрьме, причем у тех, кто осужден за какие-то импульсивные и жестокие преступления. А вот у тех, кто осужден за умышленные и продуманные преступления, «гена воина» нет.

— Есть распространенная точка зрения, что все проблемы человека родом из детства. А в каком возрасте получение психотравмы особенно опасно? Когда человек становится способным обрабатывать стрессовую информацию и вообще ее отсекать?

— Чем раньше человек переживет психологическую травму, тем хуже. Еще хуже получить не разовое психотравмирующее событие, а иметь постоянное фоновое неблагополучие. Сравните два дерева. Дерево, у которого в какой-то момент ветром сломало верхушку и боковая ветвь заняла ее место, вырастет кривым, но все-таки похожим на дерево. А есть бонсай — дерево карликовое, которое выращивали в маленьком горшочке при недостатке удобрений. Бонсай — это длительная травма развития, последствия хронического дефицита, когда постоянно чего-то не хватало. Если вернуться к людям, такое положение дел гораздо вреднее прежде всего потому, что ребенок теряет понятие о норме. Он думает, что то, что с ним всегда было, — это и есть нормально и так все живут. И если ему тыкать в глаза примерами людей, которые живут явно не так и явно лучше, он будет говорить, что он, наверное, какой-то плохой, некачественный и все это заслужил. Для такого человека сама идея получить психотерапевтическую помощь будет сложной для восприятия. Хроническое неблагополучие гораздо опаснее, чем разовая детская травма.

Проблемы родом из детства? Эксперт — о том, как устроены мозг и психика ребенка
Фото
Yuganov Konstantin/Shutterstock

Исправить прошлое никогда не поздно

— А что хуже: если, допустим, ребенок жил в благополучной ситуации до 5 лет, а потом попал в тяжелые жизненные условия, или наоборот — он совсем маленьким жил в неблагополучной ситуации, а потом она изменилась к лучшему?

— На нашей психике отражается все, но в разной степени, у всех людей по-разному. В младенчестве родители — настоящие боги для ребенка, с какого-то возраста дети сильнее ориентируются на мнение «внешних» взрослых — например, учителей, а после 11-12 лет — на сверстников, других подростков.

Читайте также: «Это все гены: что нужно знать о наследственности при планировании ребенка

— Правда ли, что личность человека закладывается в детстве и после трех ничего не изменить?

— Всё закладывается всю жизнь. Мозг формируется до глубокой старости. И в 50, и в 60 лет можно научиться новым навыкам. Это никакими законами природы не запрещено. Ни в каком возрасте не поздно пойти на психотерапию, если какое-то старое неблагополучие мешает вам жить. Конечно, чем раньше, тем лучше, но никогда не поздно.

Трудные подростки, трудные взрослые

— Почему с подростками порой трудно общаться?

— Из своего преподавательского опыта скажу, что подростки в присутствии родителей почему-то ведут себя инфантильнее и глупее, чем когда родитель выходит за дверь. На вид сразу два-три года психологического возраста прибавляется. И хотя говорят, что никто не знает лучше своего ребенка, чем родители, у меня в этом большие сомнения. У родителей обычно замылен глаз, родитель видит не только своего ребенка в реальном времени, но и все его проявления и год, и пять, и десять лет назад. А самые эмоционально заряженные воспоминания — самые прочные. И как младенец не давал спать или болел, а вы за него переживали — это запоминается надежнее всего.

Когда вашему чаду 12–14 лет, вы все равно его помните во младенчестве, и он чувствует, что вы видите в нем какую-то маленькую беспомощную фигню — и от этого злится. С одной стороны злится, а с другой — бессознательно пытается вести себя в соответствии с родительскими ожиданиями, то есть более инфантильно, чем он ведет себя в компании сверстников или других взрослых.

— И что с этим делать?

Лучшее, что могут сделать родители, чтобы улучшить взаимопонимание с подростками, — это пойти на психотерапию сами, желательно года за два до зачатия ребенка. Если заранее не успели, никогда не поздно. Я понял, как это работает, когда сам стал родителем. Моему сыну сейчас 5 лет, и мне тяжело отстроиться от воспоминаний о его младенческом возрасте, понять, что сейчас он гораздо самостоятельнее. Для меня это умственная работа, которую приходится делать всегда. Возможно, некоторые подростки специально устраивают своим родителям свежие эмоционально заряженные воспоминания. Когда подросток пропадает на несколько дней, а потом возвращается с запахом алкоголя, после этого его уже трудно считать младенчиком.

Читайте также: «Психолог: „Из застенчивых детей получаются самые взрывные подростки“»

Еще больше интересного и полезного — в эфире «Детского радио». По будням в 22:00 слушайте программу «Каждый родитель желает знать».