- Источник:
- Unspecified
C Полиной Агуреевой, актрисой «Мастерской Петра Фоменко», получившей в этом году множество премий за роль в фильме Сергея Урсуляка «Долгое прощание», мы беседуем на Большой Ордынке, в служебном буфете Малого театра.
O родном театре Полина говорит почти с такой же нежностью, как о своем восьмимесячном Пете, родившемся в октябре прошлого года и названном в честь рыцаря театра Петра Наумовича Фоменко. Беседуя, Полина мягко и чуть смущенно улыбается — рассказывает о сыне, о большом деревенском доме в Подмосковье, где живет вместе с родителями, мужем — актером и драматургом Иваном Вырыпаевым, 18-летним братом Егором и 9-летней сестрой Варей, еще не привыкшей ощущать себя тетей… Иногда Полина вдруг хмурится и поглядывает на часы — ровно в шесть она уйдет гримироваться. Расплетет смешные узелочки на затылке, скинет модное платье и выйдет на сцену в облике светской дамы пушкинской поры
СЧАСТЛИВЫЕ РОДИТЕЛИ Когда Пете исполнилось три месяца, Вы вернулись на сцену. Вам не показалось, что как актриса Вы сильно изменились?
ПОЛИНА Есть в жизни такие события, которые меняют не только твой образ жизни, но и твой внутренний склад, всю тебя как личность. Рождение ребенка — одно из таких событий. Не знаю, видно ли это со стороны, но у меня есть ощущение, что я теперь играю другими средствами. Собственно, все начало меняться с первых дней беременности. Я почувствовала себя мамой, как только узнала, что у меня будет ребенок. Не помню, у кого из писателей есть фраза: она знала его за 9 месяцев до рождения. Петя родился именно таким, как я его представляла.
И каким же?
Полина Грустным мальчиком с вдумчивыми глазами, незащищенным, уязвимым. Конечно, еще рано говорить, но, мне кажется, он будет интравертом, как и я. Удивительно, но он и внешне оказался именно таким — точно с тем личиком, которое я видела во время УЗИ.
Нелегко, наверное, ездить в театр из Подмосковья. Нет ощущения, что Вы разрываетесь между театром и домом?
С осени мы переедем в город и возьмем няню, а пока меня очень выручает мама, поэтому ощущения «разрыва» нет. Я боюсь сравнительных характеристик, но театр и ребенок для меня важны одинаково. Другое дело, что постоянно приходится выбирать между тусовочной суетой и ребенком. Эта суета есть в каждой профессии, и от нее легко отказаться. Я антитусовочный человек. Если появляется свободная минутка — скорее хватаюсь за книжку. Но проблема выбора, конечно, есть. Например, сейчас я собираюсь ехать на Дон сниматься в фильме, режиссером которого будет мой муж Ваня, и мне придется расстаться с Петей на целый месяц. Я пока не могу этого представить.
«Ко мне долго не приходила любовь. Но когда она снизошла, я поняла, насколько это прекрасное и страшное чувство».
Как же Вы познакомились с Иваном, если совсем не любите тусоваться?
Он пришел к нам в театр на празднование старого Нового года. Тогда все вокруг говорили о его «Кислороде». Ваня пригласил меня на этот спектакль. Я ко всей современной драматургии отношусь настороженно, но «Кислород» мне очень понравился! В нем было что-то подлинное, настоящее. И в Ване — тоже…
Вскоре после рождения Пети у Ивана вышел новый спектакль — «Бытие № 2», вместе с которым он уже объездил пол-Европы. Он успевает пообщаться с Петей?
Конечно! Ваня в этом отношении человек патриархальный, старомодный. Он большое значение придает ответственности за своих близких. Ванин сын Гена, которому сейчас 10, часто бывает у нас. Когда у Вани есть время, он остается днем с Петей, а меня отпускает поспать. А когда сын был совсем маленький, мы ставили ему ту музыку, которую любим — Баха, Марию Каллас, — правда, немного перегрузили его эмоционально, он стал плохо спать. Петя у нас очень восприимчивый мальчик.
Как изменились ваши отношения с Ваней после рождения Пети?
Ко мне долго не приходила любовь. Странно: на сцене я так много играла про это чувство, и вроде бы у меня неплохо получалось, а в жизни — пустота. И когда наконец на меня снизошла любовь, я поняла, насколько это прекрасное и страшное чувство. Чувство, в котором столько же животного — начиная от страха потерять до чувства собственности на того, кого любишь, — сколько и духовного. Но материнский инстинкт — еще страшнее. Во взаимоотношениях с ребенком нужно преодолеть животность, а это очень трудно. Но я постараюсь быть объективной мамой. Поначалу, когда Петя только родился, я не знала, что станет с моей любовью к мужу. Думала: может, она разделится на половинки? Оказалось, что она удвоилась! Это дар и груз одновременно. Огромное, стихийное чувство, которое иногда тяжело нести.
- Источник:
- Unspecified
Кто выбирал имя для сына?
Я давно решила, что если у меня будет сын, назову его Петей, а Ваня был не против. Надеюсь, когда-нибудь у нас родится еще и девочка. Но в следующий раз я обязательно попрошу Ваню присутствовать при родах. Очень важно, чтобы во время этого процесса рядом с тобой был близкий человек.
И Вы не стеснялись бы при нем кричать?
Конечно, нет. Меня не смущает вопрос брезгливости, физиологии — в какой-то момент можно ведь и выйти. Но мне нужна психологическая помощь, возможность подержать за руку любимого человека. Правда, я беспокоюсь за Ваню — он ведь очень впечатлительный. Роды — тяжелое испытание, и мужчине, наверное, страшно наблюдать это со стороны. Я родила за шесть часов, но мне казалось, что это был долгий болевой ад.
Вы заранее приехали в больницу?
У меня была нелегкая беременность. Последние два месяца я провела в клинике — надо было лежать, иначе ребенок мог родиться раньше срока. В начале беременности мы с Ваней и его сыном Геной съездили на Байкал. Ваня ведь родился в Иркутске, там потрясающие места — мы гуляли и наслаждались. Потом поехали на Дон — посмотреть те места, откуда я родом. Так что Петя до рождения побывал и на моей родине, и на Ваниной. А еще Петя, будучи в утробе, съездил со мной в Италию. Не знаю, могли ли все эти путешествия спровоцировать угрозу выкидыша или она была бы и без них.
«Когда Петя только родился, я не знала, что станет с моей любовью к мужу. Оказалось, что она удвоилась!»
Несмотря на все угрозы, Петя родился здоровым мальчиком.
Да, хотя проблемы у нас все-таки есть. У Пети флегматичный темперамент, но очень возбудимая нервная система. Мы делали специальный массаж, принимали контрастные ванны — они не только укрепляют нервную систему, но и закаливают.
Вы успеваете как-то подумать о себе среди этих массажей и ванночек?
Нет. Ваня купил мне обруч, я его кручу иногда — когда вспоминаю. Я не настолько цельный человек, чтобы это вошло в систему, хотя какие-то попытки вернуть форму предпринимаю постоянно. Этот год, конечно, тяжелый, но и бесконечно счастливый — счастье перекрывает все невзгоды. С Петей я вслух обсуждаю свои дела, свои мысли — при этом Ваня всерьез беспокоится, не сошла ли я с ума. Но ведь ребенок все ощущает — слова, энергию слов. Раньше я могла вслух разговаривать только с самой собой, а теперь у меня появился такой собеседник! Не знаю, как Пете со мной, но мне с ним очень приятно разговаривать. Общаясь с ним, я учитываю, что ему нравится, что нет. Он у меня с полутора месяцев любит смотреть книжки — переводит взгляд со странички на страничку.
- Источник:
- Unspecified
Будет писать пьесы — как папа?
Во всем остальном он обыкновенный мальчик, не вундеркинд. Толстенький, в физическом развитии даже немного отстает, но вдумчивый, любознательный. Мы его называем «слухач» — он очень реагирует на пение, чтение стихов. Если плачет, надо поговорить с ним с особыми интонациями, и он перестанет.
Вы сказали, что собираетесь взять няню. Не будет обидно, что не каждый Петин шаг происходит на Ваших глазах?
Конечно, будет обидно, но я слишком люблю свою профессию! Мне после родов очень хочется работать. Иногда мне кажется, что я переполнена этим желанием, как апельсин — соком: надави — брызнет. И все полгода, что я не играла, я едва сдерживала это в себе. Петр Наумович давно собирается репетировать «Бесприданницу» Островского, я назначена на роль Ларисы. Думаю, мы начнем с осени. И мечтаю об этом времени.
А о чем фильм, который будет снимать Иван?
О любви как о стихии. Думаю, фильм выйдет не слишком веселым, скорее трагическим.
Вы до этого уже работали вместе с мужем?
Нет, и боюсь ему не соответствовать. В семейной жизни Ваня может быть подкаблучником, а в творчестве он человек жесткий.
«С Петей я вслух обсуждаю свои дела, мысли – при этом муж всерьез беспокоится, не сошла ли я с ума. Но ведь ребенок все ощущает! Для меня Петя – очень приятный собеседник».
Вам удается держать Ивана под каблуком?!
В какой-то мере. Я ведь не из тех женщин, которые полностью растворяются в тех, кого любят. Дома мы существуем на равных. А в творчестве… Хотя я и в творчестве должна существовать на равных, иначе не могу играть.
Время подходит к шести. В буфете появляется Ксения Кутепова. «Привет! Как дитюня?» — спрашивает она Полину. «Диатез», — жалуется та. «Это у всех городских детей, — успокаивает Ксения, — у Полины (Полина Кутепова — актриса „Мастерской“ — С. Р.) есть хороший гомеопат, поговори с ней».
У вас в театре уже можно открывать курсы молодых мам…
Мы взрослеем, меняемся. Но эти перемены в себе нужно соотносить с тем, что ты делаешь на сцене. В жизни у меня появилась новая роль, вот и в театре мне необходимо появиться в каком-то новом актерском качестве.
