«Мой пушистый сынок»: что такое пет-пэрентинг

«Мы усыновили этого песеля», «мой котосын», «мамина булочка», «сыночка-корзиночка» — подобными подписями под фото и видео с питомцами уже никого не удивишь. Хозяева празднуют дни рождения своих животных, покупают им подарки и рассказывают о появлении нового питомца, как о пополнении в семье. Особенно везет котам и собакам.

За забавным языком обнаруживается серьезный социальный сдвиг: для огромного количества людей домашнее животное становится младшим членом семьи, а отношение к нему похоже на отношение к детям.

В то же время у тренда много противников, и это не обязательно зооненавистники. И в общем-то, аргументы их не лишены здравого смысла. Так, недавно под одним из фото с «котосыном» появился комментарий: «Зачем вы называете кота сыном? А когда он умрет (а живут коты меньше людей), вы что, напишете — у меня сын умер?» Такие люди не против любви к животным, но против приравнивания отношений к межчеловеческим.

Что же с нами происходит, когда мы вдруг называем себя котородителями, и опасно ли это?

«Котомамы» и «песосыны»: что стоит за этим трендом

Соцсети по всему миру наполнены родительской лексикой по отношению к животным: «сын», «дочь», «малыш/как», «мамочка», «папочка», «усыновили», «наш хвостатый ребенок». Существуют блоги, каналы и даже бизнесы, которые строят вокруг этого свою идентичность. Например, Telegram-проект «КОТОМАМА», связанный с украшениями с отпечатками носов питомцев, и тысячи подписчиков.

А мем «сыночка-корзиночка» уже добрался до котов и собак. И если взрослых сыновей, которые шагу ступить без мамы не могут, обычно высмеивают и порицают, ролики с котами и собаками собирают не только миллионы просмотров, но и множество нежных комментариев.

Слово «хозяин» многим уже кажется слишком холодным. А уж если вспомнить, что совсем недавно собаки и кошки были (а во многих регионах и сейчас остаются) обычными сельскохозяйственными животными со своими функциями — охрана дома, помощь в охоте, ловля грызунов — и никаких нежных слов, а часто и полноценной еды от хозяев они не получали — контраст особенно велик.

Как выглядит зоородительство в разных странах мира

В английском языке очеловечивание животных получило название pet parenting, что-то вроде «зоородительство» или «усыновление животных».

Зоородитель не просто кормит собаку и водит ее на прогулки. Он следит за ее здоровьем и проводит регулярные чекапы, выбирает премиальное питание, занимается дрессировкой и социализацией, думает о комфорте и эмоциональном состоянии животного, организует вокруг него быт, отпуск и свободное время — то есть занимает позицию заботящегося взрослого.

«Движение зоородителей» — это миллионы людей по всему миру.

Ветеринар, журналист и писатель из Франции Элен Гато в книге «Почему я выбрала собаку (а не ребенка)» описывает отношения со своим бордер-терьером Колонелем так: «Связь с моей собакой многогранна. Это даже не ребенок — мы дуэт, настоящая команда. Он кажется мне моим продолжением. Говорят, собака — член семьи, а моя собака — словно орган моего тела».

Во Франции, согласно опросу, проведенному Ipsos/Santévet в 2025 году, 69% респондентов называли своего питомца членом семьи, а 36% говорили, что воспринимают его как ребенка.

Исследование, проведенное в Венгрии в 2025 году, также установило: отношения людей с собаками и там имеют характеристики отношений родитель — ребенок и близкой дружбы.

Но особенно распространен пет-пэрентING в США и странах Восточной Азии.

В 2024 году 82% американских владельцев животных согласились с утверждением, что питомец для них как ребенок, а еще 72% говорили о питомцах теми же словами, что говорят о детях. В английском языке есть и специальный термин fur baby — буквально «меховой малыш».

В Японии в 2024 году 59,5% опрошенных признали, что домашнее животное — член семьи. А в отдельном исследовании среди владельцев кошек и собак так ответили уже 75,5%. Среди объяснений встречалось и вполне прямое: у пары нет детей, поэтому питомец для супругов становится существом, которое они любят как ребенка.

А что с зоомамами и зоопапами в России

От мировых трендов мы не отстаем.

По данным ВЦИОМ за 2024 год, домашние животные были у 66% россиян: кошки — у 49%, собаки — у 34%. А исследование Ipsos, посвященное популяции кошек и собак, подсчитало, что в 2023 году в России насчитывалось около 49,2 млн домашних кошек и 25,5 млн домашних собак. Страна у нас все же больше кошачья.

Согласно тому же исследованию Ipsos, 42% владельцев кошек считают питомца членом семьи (с неопределенным статусом), еще 26% — другом и 19% — ребенком. Среди владельцев собак ребенком своего питомца называют 16%, членом семьи — 34%, другом — 36%. Просто домашним животным кошку считают лишь 13% владельцев, собаку — 14%.

Почему особенно много «зоородителей» среди молодых людей

Но особенно часто называют себя зоородителями молодые люди.

Профессор университета и специалист по антропозоологии Эмили Дарденн считает, что дело в изменении самого представления о семье. «Семья больше не считается чем-то исключительно человеческим, а нормы родительства тоже меняются», — объясняет эксперт.

Современный взрослый человек может долгое время жить один, не вступая в брак, не планируя детей вовсе или откладывая их появление на поздний возраст. При этом потребность в близости, привязанности и заботе никуда не исчезает. В английском даже есть термины для описания домохозяйств без детей, но с животными: SINKWAD и DINKWAD — Single/Double Income, No Kids, With a Dog — один/два работающих, детей нет, есть собака.

Но говорить, что молодые люди заводят собак и котов вместо детей, все же неверно.

Наш мозг не считает питомца ребенком, хотя общего много

Американские исследователи еще в 2014 году с помощью МРТ пронаблюдали за активностью мозга женщин, у которых одновременно были ребенок и собака. Когда участницы смотрели на фотографии своего ребенка и питомца, некоторые области мозга, связанные с эмоциями, привязанностью, памятью и социальным распознаванием, демонстрировали сходные реакции.

Но при виде фотографии ребенка у женщин дополнительно активировались SNi/VTA — структуры системы вознаграждения и мотивации, чего при просмотре фотографии собаки исследователи не видели. Кроме того, реакция миндалевидного тела на ребенка была более выраженной.

То есть питомец задействует лишь часть механизмов привязанности и заботы, которые работают и в других значимых для нас отношениях.

Не стоит забывать и про окситоцин — гормон, участвующий в формировании социальных связей. Приятное общение с питомцами — взгляд, прикосновения, игра — может сопровождаться повышением его уровня. Причем изменения наблюдаются у обоих. Все, как при межчеловеческом общении.

Питомец как особый член семьи

Когда мы говорим, что у кого-то живет «кот вместо ребенка», мы порой имеем в виду, что животное стало заменой человеку. Но как видим, это не так. Скорее, животное — член семьи с особым статусом и функциями.

Российские данные хорошо разрушают представление о том, будто питомцы появляются «вместо детей». По данным ВЦИОМ, в семьях, где есть несовершеннолетние дети, домашние животные встречаются даже чаще, чем в тех, где детей нет: 78% против 66% в домохозяйствах без детей младше 18 лет.

Можно хотеть детей и одновременно называть кота «котосыном». А можно иметь троих детей и считать лабрадора четвертым, самым младшим братом. Можно не хотеть становиться родителем вообще, но испытывать нежные чувства к животным. А можно жить одному с котом и считать именно такой состав своей семьей.

Поэтому бездетные девушка или парень, живущие в 27 лет с любимой собакой, не обязательно подменяют родительство усыновлением животного.

Есть, конечно, и другая сторона такой сильной привязанности. Для некоторых людей животное действительно становится практически единственным близким существом.

Человеку может быть сложно строить отношения с другими людьми, он переживает конфликты, отвержение и вынужден постоянно учитывать чужие желания. А отношения с питомцем гораздо более предсказуемы: собака встречает у двери, кот приходит спать на подушку, животное не оценивает карьерные достижения, внешность и семейное положение.

Особенно значимой такая связь становится на фоне одиночества, утраты близкого человека или недостатка социальных контактов. Питомец дает ощущение нужности, эмоциональной близости и стабильности.

Но здесь важно не перепутать частный психологический сценарий с общим социальным трендом. Из того, что человек говорит «мой котосын», устраивает собаке день рождения, вовсе не следует, что он избегает людей, не способен к отношениям или «заменяет» питомцами детей. У многих таких «зоородителей» в сердце есть место для любви не только к людям, но и к животным, а это говорит о большей человечности.