Маша и Роберт Гербер — одни из самых ярких молодых родителей в российской блогосфере. Они покорили социальные сети своей историей любви, а в ноябре 2025 года у пары родилась дочь Адель. В эксклюзивном интервью Parents.ru Герберы рассказали о крещении дочери, конфликтах в первые месяцы родительства и о том, почему рождение ребенка не затормозило их карьеру, а наоборот, разогнало.
PARENTS: 17 марта у вас было крещение дочки Адель. Почему для вас было важно пройти этот момент именно сейчас, и что вы в этот день почувствовали как родители?
Маша: Мы с Робертом сами оба крещеные в православной церкви, и для нас в любом случае было важно покрестить ребенка. То есть этот вопрос даже не вставал: крестить или нет. Также для нас было важно покрестить в раннем возрасте, потому что нас тоже так крестили. И для нас это в каком‑то смысле дополнительная защита для ребенка. Мы верим, что если ребенок крещеный, то Бог охраняет его.
Роберт: Изначально мы хотели крестить дочку в Москве, но в один момент Маша пришла ко мне и сказала: «Я чувствую, что хочется крестить на нашей родине, в Ростове, со всей семьей». Для нас это было очень важно. Наша крестная Полина — мы специально написали ей, переживали, вдруг у нее не получится приехать или она отреагирует не так, потому что далеко ехать. Но она, не задумываясь, сказала: «Я с удовольствием», и они приехали вместе с мужем.
Так мы собрали всю семью, для нас это был очень трепетный и ответственный момент. Все прошло идеально. Адель почти не кричала, не плакала, и это ощущение таинства, чего‑то высокого, возвышенного чувствовалось постоянно. Потом мы сели с семьей, обсудили, пожелали здоровья Аделечке, и в целом классно провели время — думаю, это запомнится на всю жизнь.
Маша: Что мы чувствовали как родители? Мы чувствовали, что мы все сделали правильно, что все сложилось так, как должно было сложиться.
Маша, как тебе сегодня удается совмещать материнство и работу: это уже выстроенная система или пока постоянный поиск баланса между «быть мамой» и «быть в деле»?
Маша: Первый месяц было очень сложно совмещать работу и материнство: я больше ушла в материнство, почти не участвовала в рабочих процессах, кроме съемок каких‑то наших лайф-видео. Всю коммуникацию на себя забрал Роберт: все рабочие чаты и проекты вел он, подхватил все. А со второго месяца я поняла, что мне нужно включаться в работу, потому что декрета у меня как такового нет. Мне нужно работать, и мы нашли няню.
Но для меня было очень важно не перекладывать ребенка на няню, а все‑таки быть мамой и большую часть времени проводить с дочкой. Если нет какой‑то сильной нужды выехать по работе, на съемку, то я всегда предпочту быть дома с дочкой, провести с ней время, погулять, поиграть, почитать сказки. То есть большую часть свободного времени мы проводим дома с дочкой, даже несмотря на то, что дома няня.
Для меня няня — это скорее помощь, дополнительные руки: если мне нужно отлучиться по работе или срочно смонтировать, ответить на сообщения, я могу отдать Адель, сделать свои дела, потом вернуться и продолжить с ней проводить время. Нет такого, что Адель целыми днями сидит только с няней, а нас все время нет. Для нас это скорее табу. Нам важно видеть, как она растёт, и заниматься ее воспитанием. Воспитанием Адель занимаемся именно мы с Робертом.
После рождения Адель вы стали иначе смотреть на карьеру, амбиции и темп жизни, или наоборот — ребенок только усилил желание двигаться вперед?
Роберт: Очень многие ценности у меня, как у отца, пересмотрелись. У Маши точно так же, мы движемся в одном направлении и занимаемся общим делом. Появилось ощущение, что мы живем не только для себя: есть еще человек, за которого мы теперь несем очень большую ответственность, в том числе за ее будущее. Хочется, чтобы ее будущее было в какой‑то степени обеспечено нами.
Мы очень замотивированы еще больше работать, развиваться, запускать новые проекты, выпускать песни, треки — для того чтобы дать ей хорошее образование, показать мир, классные путешествия, научить языкам. Для нас это большая ответственность. К рождению ребенка мы, несмотря на юный возраст, пришли совершенно осознанно и планировали его очень долго.
Мы хотели стать родителями только тогда, когда будем готовы не только морально, но и финансово. Поэтому для нас ребенок — это только мотивация. И следующие дети, которых мы тоже планируем, думаю, будут точно так же.
Маша: Можно точно сказать, что рождение ребенка не затормозило нашу карьеру и амбиции, а только усилило их, потому что хочется работать не только на свое благо, но и для того, чтобы дать достойное будущее нашим детям, дать им базу. А еще хочется быть для Адель и для будущих детей большим примером, что можно достичь абсолютно всего, чего ты хочешь.
У вас сейчас очень красивый семейный образ в глазах аудитории. А что остается за кадром: с какими сложностями вы реально сталкиваетесь как молодые родители?
Маша: Да, в соцсетях всегда складывается более идеальная картинка, чем в реальной жизни, потому что за негативом людям не так хочется смотреть — все‑таки в соцсети люди заходят, чтобы получить удовольствие, расслабиться, позитивное настроение. Конечно, первые месяцы родительства, материнства были достаточно сложными: жизнь полностью меняется, переворачивается с ног на голову, и ты не знаешь, как правильно, как действовать в той или иной ситуации, и испытываешь огромный стресс.
Из‑за этого у нас с Робертом были конфликты, мы выясняли отношения, пытались приспособиться к новым ролям. Роль мужа и жены ушла на второй план, и с этим нужно было что‑то делать, и это происходило постепенно. Бессонные ночи тоже давали о себе знать. Ты и так на стрессе, плюс не высыпаешься, успел поесть — не успел. Этот новый ритм жизни создавал определенный дискомфорт и сложности.
Роберт: Сложность принятия новой жизни определенно была. Но плюсы от этого тоже всегда есть. Как бы мы ни устали, сколько бы ни спали ночью, утром нам дочка улыбается — и все сложности уходят. Мы всегда были за то, чтобы не транслировать, что мы идеальная пара. Мы точно так же, как и все, можем поругаться, можем что‑то поспорить.
Это абсолютно нормально в отношениях, если не переходит рамки. Показываем это в соцсетях действительно редко, потому что нам кажется странным включать камеру, когда мы спорим или ругаемся. Но мы всегда открыты с подписчиками, не стремимся строить идеальную картинку и не играем на камеру. Если у нас действительно теплые отношения, это показывается, и люди это чувствуют.
Маша: Но сейчас мы задумываемся о том, чтобы в контенте показывать еще больше лайва, жизни, показывать не только позитивные стороны, но и, если есть переживания, тоже поднимать их в блоге. Потому что сейчас мы видим такой запрос от аудитории, что им это тоже интересно. Мы, в свою очередь, готовы это показывать.
Маша, есть ли у тебя чувство вины перед ребенком, когда много работы, съемок и задач, или ты уже научилась не разрываться между этими ролями?
Маша: Как я уже сказала, мне всё‑таки удается находить баланс между работой и материнством. Большую часть свободного времени я провожу с дочкой дома, очень плотно ею занимаюсь. Но всё равно я понимаю, что не могу не работать.
Роберт: Потому что её будущее зависит от того, насколько хорошо работают мама и папа.
Маша: Да, если мама не будет работать — на что жить? У нас с Робертом работа общая: общий бизнес, общий блог, и работать нам нужно вместе. При этом для нас остается важным быть для нее родителями, дарить любовь и заботу, в которой она нуждается как маленький ребенок.
Вы производите впечатление очень теплой пары, но все-таки: что стало самым серьезным испытанием для ваших отношений после появления ребенка?
Роберт: Наверное, было сложно избегать конфликтов, потому что каким бы ты ни был спокойным человеком, когда не спишь всю ночь… А первые ночи мы просыпались по шесть раз, даже больше.
Маша: Да и в целом первое время есть страх, что ты все делаешь неправильно или вообще не знаешь, что делать. Тебе кажется, что и партнер делает все неправильно, из-за этого тоже возникают конфликты.
Роберт: Конечно, уровень стресса возрастает у обоих родителей. У нас часто бывали ситуации, когда мы срывались друг на друга неосознанно. Мы это проговаривали: «Слушай, мне кажется, мы начинаем срываться, надо как‑то это разделять».
Маша: Еще очень сложно было воспринимать советы друг друга. Бывало, Адель сильно кричала из‑за колик, а тут Роберт мог что‑то сказать под горячую руку. В итоге ты не выдерживаешь, срываешься, а потом тебе стыдно.
Сейчас вокруг вас много внимания. Насколько вам важно показывать семью публике, а где проходит граница, за которую вы аудиторию уже не пускаете?
Маша: Изначально у нас в контенте были достаточно размытые границы, потому что мы показывали жизнь такой, какая она есть. У нас не было четкого понимания: вот это мы показываем на камеру, а это — нет. Все шло как будто интуитивно, ты сам в моменте решаешь, готов ли это показать. Очень открытым моментом стали роды — это достаточно интимное событие для каждой пары, но мы решили им поделиться.
Роберт: Для нас наш блог — это в том числе то, что мы транслируем: нашу семью, как мы занимаемся с ребенком, весь наш путь. Это для многих подписчиков пример отношений, которые действительно могут начаться в школьном возрасте, перерасти в большую семью и классную историю. Нам приятно, что у нас не просто блог, а есть некий дополнительный смысл: мы транслируем правильные семейные ценности, и для нас это важно.
У вас впереди много планов. На что вы делаете главную ставку сейчас: семья, медийное развитие, новые проекты, музыка, шоу?
Маша: Семья для нас — это фундамент, ради которого мы растем и вдохновляемся. А дальше все работает в связке: мы развиваем медийное направление, потому что хотим быть примером для других семей, показывать здоровые отношения и ценности. При этом рождение дочки только усилило наши амбиции — мы активнее работаем над музыкой, запускаем проекты, готовим шоу.
Главная ставка сейчас — на то, чтобы оставаться собой и при этом масштабироваться. Мы хотим выйти на телевидение, но без потери той теплоты и искренности, за которую нас ценят. Все, что мы делаем, мы делаем ради будущего нашей семьи и чтобы наша история вдохновляла других.
Вы говорили, что делаете шоу: на каком этапе оно сейчас? Можете рассказать подробнее?
Роберт: Сейчас мы занимаемся проработкой шоу. Мы большие перфекционисты. Для нас важно сделать шоу, которым мы будем гордиться, чтобы зритель действительно получил удовольствие и увидел качественный продукт. Поэтому мы не торопимся, для нас важнее сделать классный результат, довести каждую деталь до того уровня, который нам самим будет в радость.
Если говорить честно: каким вы видите ваш следующий большой шаг как семьи и как публичной пары — что должно произойти в вашей жизни уже в ближайшее время?
Маша: Наша глобальная цель — чтобы мы стали самой популярной семьей в России и СНГ. Чтобы когда людей спрашивали: «Какую молодую семью вы знаете?» — первыми приходили на ум мы. Для нас важно расти как медийным личностям, но при этом оставаться на одной волне с аудиторией, быть открытыми и подавать пример.
Сейчас наш следующий шаг — выход на ТВ. Мы бы очень хотели стать ведущими семейного шоу. Мне кажется, этого сейчас очень не хватает. В нашем детстве были классные семейные шоу, и хотелось бы, чтобы они возродились, а мы стали их ведущими.
