Сейчас позову папу!

Как раньше легко и просто было мужчинам! Механизмы воспитания отлажены, отцовский авторитет незыблем. Достаточно было следовать правилам – и можно засыпать спокойно с мыслью «Я – хороший отец». А теперь все усложнилось. Как молодым отцам разобраться в себе?

Испокон веков роль отца семейства была четко определена. Отец – незримое верховное божество, сидящее и работающее где-то там в кабинете (у интеллигенции), или суровый судия, который и селедкой может по лицу отхлестать, если что не так (в семьях попроще). Главным для мужчины было крепко держать скипетр отцовской власти, воплощать авторитет и достоинство. Ну, и иногда ненадолго приходилось сходить с трона, чтобы наказывать или миловать подданных, то есть домочадцев.

В двадцатом веке, когда все так изменилось, отцовский авторитет был подорван – раз и навсегда. А главное, уроки истории донесли до человечества главную мысль: власть, сосредоточенная в руках одного человека, – это плохо. «Отеческая», авторитарная власть была дискредитирована – и в семьях тоже. Выяснилось, что папа не всегда бывает прав, что папа не все решает, что у ребенка тоже могут иметься свои права и желания.

Что же делать современным отцам? Быть строгими или мягкими? Такие решения не принимаются за один день, более того, они зависят от многих обстоятельств: возраста ребенка, его темперамента и от характера самого мужчины. В новых реалиях приходится придумывать новые правила поведения. Зажатые между моделями поведения «суровый патриарх» и «закадычный друг», современные отцы с трудом находят свое место. Некоторые сомневаются, можно ли давить авторитетом. Другие и не прочь иногда стукнуть по столу кулаком, но боятся быть обвиненными в диктаторстве и бессмысленной, излишней строгости. Мужчины больше не хотят нести слишком тяжелый груз ответственности, быть гарантами порядка.

Чего же они хотят? Хотят быть ближе к своим детям, заниматься ими, проявлять свою нежность и привязанность, не смущаясь, что их поведение посчитают недостаточно мужественным. И еще они мечтают, чтобы воспитывали – то есть устанавливали границы и следили за их соблюдением – женщины. А как хорошо делегировать женщинам роль «злого полицейского», чтобы можно было припугнуть расшалившихся малышей: «Вот сейчас придет мама…»

«Это правда: мужчина-отец отступает перед женщиной-матерью, − констатирует французский психотерапевт Патрис Гюэр. – Но женщины сопротивляются этой тенденции и по-прежнему продолжают надеяться на участие своих мужей в воспитании детей. Только когда, по их просьбам, мужчины все-таки вмешиваются в процесс, то делают это ненадлежащим способом: или слишком вяло и неубедительно или, наоборот, слишком жестко. «В душе у современного мужчины хаос: в глубине души он считает, что его собственный отец был отчасти прав, воспитывая своих детей в строгости и послушании, но не смеет в этом признаться. Излишне мягкие отцы, переполненные современными практиками воспитания, которые приходят ко мне на прием, очень удивляются, когда узнают: можно говорить «нет» − и Земля не перестанет крутиться», − констатирует специалист.

Сергей, папа полуторагодовалого Антона, рассказывает: «Когда мой сын входил в кухню, где включена плита и вообще опасно, я не говорил «нет» − брал его на руки и относил в гостиную. Как сейчас помню: этот совет услышал по радио, там какой-то психолог выступал. Но вопреки уверениям психолога кончалось все обычно слезами. До того дня, когда я сказал сыну по совету жены: «Не входи, я готовлю! Играй в комнате!» Антон не заплакал: он все понял и ушел».

Для опытного Михаила − папы 6-летнего Данилы и 2-летней Ники − разделение функций между папой и мамой – совершенно обычное дело. «Моя жена и я по-разному управляем детьми, дополняя друг друга. Да, дети боятся меня больше, чем маму, но при этом и позволяют себе больше в моем присутствии, потому что жена раньше реагирует на проказы, скорее пресекает их. Я более терпеливый, снисходительнее отношусь к играм и небольшим проступкам, в итоге у меня дети послушнее, чем когда они остаются с мамой».

Возвращение строгого папы

Немного этимологии: слово «авторитет» происходит от латинского auctoritas – «власть», «гарант». Понятие auctoritas появилось еще на заре римского общества и имело большое значение в семейном быту, гражданском праве, в государственной и общественной жизни. И на протяжении веков авторитет подразумевал авторитарность. Отец решал, что хорошо и что плохо: не только потому, что так было принято, но и потому, что он обладал реальной властью, данной законом и государством; древнеримский pater familias − отец семейства – имел право распоряжаться жизнью всех домочадцев, включая жену и детей. И в дальнейшем в европейской культуре отец всегда был обладателем власти, хранителем закона. Только в середине ХХ века феминистское движение выбросило на помойку Истории этот авторитет, посчитав его несправедливым. Повсеместно женщинам разрешили работать без разрешения мужа − и получать пособие по безработице тоже. (Наша страна тут оказалась впереди планеты всей, освободив женщину еще в 1917 году.)

Ответственность за воспитание детей должна распределяться более или менее поровну между обоими родителями, Даже если они состоят в разводе. Но при этом их установки не должны противоречить друг другу.

Таким образом, в 60-е годы маятник качнулся в противоположную сторону – в сторону абсолютной свободы: теперь речь шла о том, что вообще ничего нельзя навязывать ребенку. Взрослые должны спрашивать его мнения по любому поводу, позволять ему решать все самостоятельно.

Сегодня, при всем многообразии взглядов на воспитание, некоторые отцы стремятся вернуться к старым добрым методам, которые доказали свою эффективность. «Мой отец обращался с нами строго, но в хорошем смысле слова, − рассказывает Юрий, папа маленького Семена. − И я очень хочу воспитывать сына, внушая ему все то, что мне кажется хорошим и правильным, не сдавая своих позиций. Но уже сейчас вижу, что Сеня в свои два года не очень-то меня слушает... По-моему, отец – это тот, кто отдает разумные, «взрослые» распоряжения, – и ребенок их выполняет! Просто потому, что сам еще не знает, что для него хорошо, а что нет. В конце концов, не трогать горячую плиту можно научиться, не только обжигая пальцы, но и слушая старших».

Другие мужчины, отвергая модель поведения «отца-патриарха», придумывают новый подход, где требование послушания не мешает проявлению нежности, − и не печалятся об утрате непререкаемого отцовского авторитета. «Я не боюсь любить своих детей и демонстрировать им это. Но сохраняю и хрестоматийные отцовские функции – обеспечиваю материальную и физическую безопасность своего потомства»,  − улыбается Борис, папа 9-месячной Ярославы и 4-летнего Володи. − Я не стыжусь своих ласк, хотя знаю, что это считается маминым делом».

Мужская монополия?

Господствующая роль принадлежит мужчинам, отцам, но есть некоторые любопытные исключения.

В Китае, в провинции Юньнань, у народности наси по-прежнему сохраняется матриархат.

Например, в доме женщина имеет отдельную комнату, где может принимать любовников, тогда как мужчины вынуждены пользоваться одной общей комнатой. Для зачатия детей женщины наси выбирают случайных прохожих, а отцовскую роль в воспитании берут на себя их братья. Более того, в языке этой народности даже слова «отец» не существует – только «дядя».

У суданских нуэров – одного из самых многочисленных племен Африки − до сих пор признают мать главой семьи.

У народа волоф, проживающего в Сенегале, Гамбии и других африканских странах, родители занимаются детьми, но отвечает за их воспитание, принимает решения племя, то есть группа сограждан. Отцы, так же как и матери, не обладают никаким авторитетом, им позволяется только заботиться о биологических потребностях ребенка.

Кто в доме главный?

В 1989 году Международная конвенция по правам ребенка подтвердила право ребенка воспитываться обоими родителями: нужно, чтобы «предпринимались все возможные усилия к тому, чтобы обеспечить признание принципа общей и одинаковой ответственности обоих родителей за воспитание и развитие ребенка. А в 2002 году было внесено уточнение, что эта ответственность распространяется на обоих родителей − независимо от того, женаты они или нет и живут ли вместе.

И это важное дополнение: в современном обществе, где институт брака становится все более зыбким, отдельно оговаривается постоянство и важность родительской пары, ее «моральное преимущество» над супружеской. То есть, перефразируя Некрасова, супругом можешь ты не быть, но быть родителем – обязан. Все важные решения, касающиеся жизни ребенка, должны быть приняты сообща, отец и мать – оба! − имеют право высказаться.

Для мирового семейного законодательства это ново, потому что до недавнего времени отцы рассматривались как банкиры, которые должны платить «проценты» − алименты, чтобы чувствовать себя достойными членами общества, а все остальное их вроде и не касалось. Хочется верить, что ситуация потихоньку меняется и отцы после развода не испаряются без следа, а принимают участие в жизни детей – тем более что законы их в этом горячо поддерживают.

Дальше – больше: многие отцы, не довольствуясь статусом «воскресного папы», стали требовать, чтобы ребенок какое-то время жил у них. Еще одно изменение: появились матери, больше озабоченные карьерой, чем воспитанием детей, зарабатывающие больше бывших мужей. В любом случае очень многое приходится принимать во внимание судьям в бракоразводном процессе. Но важно осознавать, что если бывшие супруги разбежались и залегли в окопы, то судьи в качестве основного воспитателя скорее выберут того, кто действует мягче, кто готов проявить большую гибкость, кто уважает желание «бывшего» участвовать в воспитании детей.

Авторитет на новый лад
Авторитет отца очень важен для воспитания ребенка. Именно поэтому мамы должны давать мужу право голоса во всех вопросах, касающихся их совместных детей.

Иметь авторитет – значит разрешать или нет ребенку что-то делать. Но не потому что «я так сказал!», а потому что так лучше будет ребенку. «Авторитет выражает заботу взрослого, способность не позволять малышу делать все, что ему взбредет в голову, − объясняет детский психотерапевт Патрис Гюэр. – Взрослый вмешивается, чтобы разметить территорию, ограничить то, что может вызвать у ребенка трудности или поставит его в опасное положение. Такой авторитет не тирания, не злоупотребление властью, он − знак того, что родители дорожат своим ребенком, что они его уважают».

Суть родительского авторитета − быть снисходительным, доброжелательным и надежным взрослым в глазах ребенка. «Снисходительным – потому что родительская задача не запрещать и докучать, но сопровождать ребенка в его взрослении, открывать ему окружающий мир, развивать все лучшее в малыше», − продолжает специалист. − Надежным − потому что нужно соблюдать правила и режим, нельзя ежедневно менять, скажем, время сна или прогулки в зависимости от вашего настроения или степени усталости. Когда решаетесь на наказание (пропорциональное проступку, разумеется), то не отступайте. Запретили что-то − держитесь, не поддавайтесь на нытье и уговоры. Такая тактика позволяет ребенку учиться предвосхищать события, предвидеть их последствия и знать, чего он может ждать. Логичные, четкие установки, предсказуемость его жизни – все это успокаивает и ободряет ребенка», − заключает психотерапевт.

интересное в сети