Плохое поведение: кто виноват?

С младых ногтей детей учат тому, что «надо всегда и везде уступать место пожилым людям», что «плохо, придя в гости, бегать по комнате, громко кричать и кидаться пирожными». И тем не менее правила и нормы морали не помешали еще ни одному ребенку хотя бы раз в жизни нарушить их. Не потому ли, что правила нарушаем мы, взрослые?

Моя подруга пошла в гости в дорогом дизайнерском платье, предмете ее большой гордости. Присутствующие женщины очень долго обсуждали ее наряд. А пятилетний сын одной из них начал теребить платье. Подруга, конечно, испугалась за свой туалет и стала просить мальчика платье не трогать. Но тот не останавливался. Тогда его папа громко произнес: «Саш, да плюнь ты на это платье тети Юли!» Малыш воспринял слова буквально и измазал платье шоколадной слюной. При этом всем стало весело, а Саша превратился в главного героя вечера.

У всех есть претензии к собственным родителям: кого-то «передавили» своими запретами в детстве – но, сталкиваясь с такими проявлениями «детской непосредственности», большинство из нас становится в тупик. Как воспитывать ребенка, чтобы он был вежливым, умел уважать чужое личное пространство? Какие ставить барьеры и нужны ли они вообще в наше время, когда в такой цене люди, навязывающие всем подряд свои нормы поведения?

Причины и следствия

Дети – это всего лишь карикатурное отражение социальных процессов, происходящих в мире, и в нашей стране в частности. В советское время были четко установлены границы дозволенного и одобряемого. Сегодня же пропагандируется полная свобода воли и проявления индивидуальности. Кто-то устраивает акции протеста, кто-то уходит в дауншифтинг и уезжает на Гоа, кто-то ищет новую религию в МВА. Дети следуют за родителями в их поисках себя. И здесь есть еще одно противоречие, свойственное нашему национальному менталитету. Российские родители  знают, что надо стремиться к социальной успешности. «Но, по данным социологических опросов, мы связываем успех отнюдь не с «правильным» поведением, а с нарушением норм. Мы пытаемся копировать удачные модели поведения, ведущие к сытой и красивой жизни, не до конца уверенные в том, что поступаем правильно, – говорит Елена Гришунина, доцент Высшей школы психологии при Институте психологии РАН. –  В итоге сложно и родителям, и детям. Мамы и папы должны уже сами решить для себя, что лучше: ругать ребенка, когда тот отнял машинку у друга, потому что он сильнее, или учить его делиться своими богатствами со всеми подряд, потому что надо быть добрым. Здесь не может быть однозначного и универсального ответа. Стоит тут вспомнить философа Канта, который считал, что «в каждом человеке есть врожденное внутреннее нравственное начало».

Никогда нельзя проецировать на детей свои собственные проблемы, страхи, ожидания. Дети – это отдельные личности, и жизненный сценарий у них совсем другой, нежели у родителей.

Если рассматривать проблему с прикладной точки зрения, то дети не знают элементарных правил поведения в обществе из-за того, что родители слишком измотаны работой, и когда они приходят домой, то им, конечно, не хочется никаких конфликтов. Они эмоционально выжаты и сквозь пальцы смотрят на поведение своего ребенка, который начинает этим пользоваться. На Западе давно обратили внимание на эту проблему. «Более половины пап и мам, с которыми я общался, когда готовил к выходу книгу Too Much of a Good Thing: Raising Children of Character in an Indulgent Age  («Слишком много хорошего: воспитание детей с характером в Эпоху Потакания»), признают, что более снисходительны к своим детям, чем это было в их детстве, – рассказывает Дэн Киндлон, доктор психологии Гарвардского университета. – Конечно, снисходительность родителей не всегда является следствием грубости их детей, но тем не менее можно наблюдать определенную тенденцию. Большинство детей, которые не умеют вести себя, просто никогда не слышали о том, что есть четкие нормы поведения в обществе».

Иными словами, родители не выполняют для ребенка роль социального гида. «Они считают, что достаточно научить малыша говорить «спасибо» и «пожалуйста» – этим исчерпываются требования вежливости», – добавляет Фрэнсис Стотт, профессор, декан Школы детского развития Эриксоновского института в Чикаго. − А не кричать, вести себя тихо или обращаться с почтением к присутствующим взрослым – это просто фантазии, далекие от жизни».

Третья причина кроется в самих родителях, которые не чувствуют уверенности в собственных силах. Они прочитали много книг по детской психологии, из которых узнали о том, что порой очень легко причинить ребенку психологическую травму и навсегда покалечить его хрупкую душу. «Такие родители уверены: нельзя ограничивать познавательный интерес малыша. Пусть он бегает везде, где ему интересно, и хватает все подряд! Но то, что можно позволить себе дома, недопустимо в общественном месте», − уверена Фрэнсис Стотт. Родители перестают быть авторитетом для своих детей, пытаясь оправдать все психологическими нюансами. Когда ребенок кричит «заткнись!», родители придумывают этому множество оправданий: он устал, хочет есть, вместо того чтобы сразу же пресечь подобное поведение. Мы говорим ребенку только о том, какой он замечательный, красивый и умный, и тем самым лишаем его способности критически оценивать свое поведение в обществе.

Обратная сторона медали

«Как вы знаете, у человека есть определенные этапы развития. Так вот, до переходного возраста у ребенка нет СВОИХ ЛИЧНЫХ проблем, а есть психологические проблемы родителей, которые они транслируют ему – не всегда вербально, чаще с помощью таких непроизвольных вещей, как улыбка, нахмуривание бровей или просто реплика про «тетю Юлю».

Роль отца в воспитании ребенка – это контроль в противовес материнской мягкости и всепрощению. Отец учит ребенка контролировать себя, а мама – терпимому отношению к людям.

Дети всегда и очень точно улавливают тайные подтексты, – рассказывает Татьяна Данилова, детский психолог Московского гештальт-института. – Детская грубость – это очень размытое понятие. Поэтому взрослым для начала нужно разобраться со своим родительским сценарием. Как можно требовать от ребенка, чтобы тот вел себя тихо, как мышка, при этом периодически говоря ему: «Ну что ты мямлишь? Всю жизнь вторым хочешь быть?» – а самим мечтать о повышении в должности? Иными словами, родители, а особенно мамы, проецируют на детей свои страхи и ожидания и, конечно, чувство вины. И ребенок будет пытаться справиться с ним доступными ему способами, отсюда и агрессия, и как следствие – нарушение социальных норм».

Без чувства вины

Мы не умеем четко формулировать свои просьбы. Психологи давно столкнулись с эффектом «зашумленных посланий». Например, малыш бегает по магазину. Вы переживаете, что он потеряется, и говорите ему первое, что приходит на ум: «Ты ведешь себя отвратительно! Смотри, как на тебя люди смотрят, думают, какой гадкий мальчишка!» То есть мы вешаем на ребенка чувство вины, вместо того чтобы объяснить ему причину своего недовольства. Психологи советуют научиться использовать в таких случаях вместо «ты-высказываний» («Ты − отвратительный мальчишка») «я-высказывания» («Я очень переживаю, что ты можешь потеряться. Меня очень расстраивает, когда ты вот так убегаешь. Давай договоримся, что мы будем ходить за ручку»). «Я-высказывания» эффективнее «ты-высказываний», потому что в жизни мы можем отвечать только за себя и свои желания», − говорит психолог Екатерина Шадрова. − Крики и угрозы разворачивают пропасть между ребенком и родителем, а общество в собирательном смысле кажется малышу угрожающим, раз его реакция может так негативно влиять на чувства родителей по отношению к нему. «Я» и «общество» противостоим друг другу – так рождаются попытки протеста против общества или, наоборот, страх своей социальной неуспешности. В «я-высказываниях» нет навязывания чувства вины, есть только озвучивание своих чувств и просьба обратить на них внимание. Этот метод эффективен в любой коммуникации».

С объективной точки зрения

Грубость и неуправляемость ребенка может быть связана с особенностями психического развития конкретного возраста. Так, например, до трех лет малыш воспринимает себя частью большого мира и частью своей любимой мамы. Но приблизительно в три года он начинает осознавать, что существуют еще и социальные отношения. Именно в этом возрасте вы можете слышать от него в ответ на все свои предложения постоянное грубое «нет!», «не хочу!», «не буду!» Таким образом кроха учится отделять себя от окружающего мира и осознавать границы своего «Я». От родителя же требуется задать ему четкие правила, что можно, а что нельзя. «Я сталкивалась в своей практике с малышом, который выкидывал в гостях из холодильника все замороженные продукты, – рассказывает Елена Гришунина. – А это вина родителей, которые не задали ему границ поведения. Если ребенок начинает вытворять подобные вещи, то только оттого, что он дезориентирован; он просит: «Объясните, как правильно? Обратите на меня внимание! Я чувствую себя очень беспомощным!» Современные родители бескомпромиссны в мелочах (вдруг малыш, чьи игрушки валялись уже три дня на ковре, должен «сейчас же, сию минуту, навести порядок!»), но бывают весьма лояльны к нарушению основных правил («Ну нагрубил бабушке, ну украл машинку – какие глупости, у кого такого в жизни не бывало!»). Если родитель реагирует каждый раз по-разному при возникновении одной и той же ситуации, ребенку гораздо сложнее научиться вести себя правильно.

Правила поведения
  • Составьте для себя список: что вы категорически запрещаете ребенку, что ему можно делать изредка, а что всегда. И четко следуйте ему.
  • Правила поведения должны быть сформулированы очень просто, коротко, а главное – понятно для малыша.
  • Сократите время на просмотр телевизора, строго фильтруйте программы и фильмы, которые смотрят дети, – они легко копируют поведение киногероев.
  • Выбирайте для детей «добрые» игрушки. Боевые трансформеры, монстры и т. п. подавляют их креативность и стимулируют агрессию. Читайте им сказки, а не предлагайте взамен комиксы.
  • Учитывайте также, что дети более возбудимы, чем взрослые. Не выбивайтесь из режима дня.
Половые различия

Вы, конечно, обращали внимание на тот факт, что на мальчиков жалуются чаще, чем на девочек: они не умеют вести себя прилично в общественном месте, кричат, шумят, всюду носятся и дерутся. Проблема в том, что воспитывают мальчиков у нас в основном женщины, а им сложно понять, что мальчики устроены совсем по-другому. В своей книге «Мальчики и девочки. Два разных мира» нейропсихологи-нейрофизиологи В.Д. Еремеева и Т.П. Хризман замечают, что «игры девочек чаще опираются на ближнее зрение: они раскладывают перед собой свои «богатства» – кукол, тряпочки – и играют в ограниченном пространстве, им достаточно маленького уголка. Игры мальчиков чаще опираются на дальнее зрение. Мальчикам в отличие от девочек для полноценного психического развития требуется больше пространства, чем девочкам. Если пространства мало в горизонтальной плоскости, то они осваивают вертикальную: залезают на диван, забираются на шкаф и т.д.» Иными словами, бесполезно и вредно для его развития пытаться заставить мальчугана вести себя тихо и спокойно, как девочка. Ведь его якобы «асоциальное» поведение связано с тем, что у него просто нет возможности для того, чтобы реализовать свой энергетический потенциал. Вот почему вопрос об активных занятиях спортом во всевозможных секциях для мальчиков никогда не теряет своей актуальности.

интересное в сети