«Ко мне приходит один человек, а уходят минимум двое»
врач Григорий Косолапов
Фото
личный архив

Моя специальность — это суперсила

Я выбрал профессию акушера-гинеколога ещё до того, как поступил в университет. Предпочел его общей хирургии. Потому что акушерство — не про болезни, а про жизнь. Разве не чудо — две жидкости смешались — получился человек. А мои знания и умения помогают этой новой жизни появиться на свет. Моя специальность — моя суперсила. Я чувствую себя супергероем, когда ко мне приходит один человек, а уходят минимум двое. И каждый раз я верю в то, что этот новый человек изменит нашу жизнь к лучшему: придумает лекарство от рака, будет Эйнштейном или Бетховеном. Это помогает мне осознавать, что все, что я делаю, не зря. 

Неоправданный риск

В родах крайне важно доверие между пациентом и врачом. С кем-то нужно помягче: подержать за руку, походить вместе по родблоку, научить дышать, по спинке погладить, просто сказать, что молодец. А некоторых, наоборот, необходимо встряхнуть, сказать, чтобы собралась. Необязательно это делает акушер или акушерка, иногда дола. Мы стараемся к каждой пациентке подойти индивидуально. Не сильно нарушать их план родов мечты. Но и не забывать, что у каждой есть свои страхи и сомнения, которые хорошо бы выявить и развеять. Самое же главное для нас, конечно, это здоровая женщина и ребёнок.

Недавно была ситуация. Женщина из Нижнего Новгорода решила со схватками ехать к нам в «Лапино». Навигатор показывал 7 часов ходу на машине, на поезде 4 часа. Роженица выбрала поезд. На перроне мы ее встретили и довезли на скорой за 40 минут. Все обошлось, женщине повезло. Но могу сказать, что она рисковала. В целом, это неправильная история. Если ребенок доношен, плюс это вторые роды, а они часто проходят быстрее первых, лучше выбирать роддом ближе к дому. 

«Ко мне приходит один человек, а уходят минимум двое»
Фото
личный архив

Пары знакомятся между собой, дружить начинают

Я хорошо отношусь к присутствию мужа на родах. Я вообще за партнёрские роды, к тому же побывал на «той стороне» на родах своей супруги. 

Обычно мужья заранее обговаривают с женами, что они могут увидеть, а что нет. У всех разная степень восприятия. Супруг может присутствовать от начала до конца или же переждать определённый этап в специальной комнате. Но фулл-контакт с перерезанием пуповины, на мой взгляд, лучше, это очень сближает. Когда мужчина слышит первый крик своего ребёнка, проживает этот интимный момент вместе со своей женой, это действительно делает вас полной счастливый семьей. 

Видели и обмороки отцов, и кровотечения

Мужья ведут себя по-разному. Здесь вы нас ничем не удивите. Когда я говорил про партнёрские роды, я имел в виду решение по обоюдному согласию, а не желание одного из супругов. А так-то мы видели, конечно, все. И обмороки отцов, и кишечные кровотечения. Из родблока как-то папа переезжал в отдел хирургии на этаж выше. Естественно, у нас есть медперсонал: реаниматологи, анестезиологи, но им есть чем заняться. Поэтому нужно понимать и адекватно оценивать свои силы в таких делах.

В то же время мы наблюдали, как особенно любопытные папы заглядывают в соседние боксы, чтобы посмотреть, что за экшн там происходит. Или пока супруга спит, пары знакомятся между собой, дружить начинают. И такое видели. 

Безразличных здесь нет

На родах женщины ведут себя по-разному. Был случай, когда роженица держалась ну слишком уж спокойно. Все слушала, делала, что ей говорили, в общем, никаких эмоций. А когда ей дали ребёнка, только сказала: «О, на деда моего похож». Некоторые удивляются: «Ой, какой синенький и мокренький». Но большинство находятся в умилении. Когда мы прикладываем ребёнка к груди мамы, я вижу самые искренние и неподдельные эмоции. Понимание того, что теперь этот ребёнок — часть их жизни. У мужчин такие же эмоции. Безразличных в этом процессе нет

«Ой нет, вы мужчина!»

С сексизмом в профессии я знаком. У женщины должен быть определённый психотип, чтобы согласиться рожать у мужчины-акушера. Как-то раз к нам в приёмное отделение пришла роженица со схватками, третьи роды. Я предложил ее осмотреть, но она заволновалась: «Ой нет, нет, вы мужчина, я никуда не спешу». Сталкиваюсь с таким до сих пор, хотя сейчас реже, чем раньше. Но вообще у нас контрактные роды, то есть пациенты заранее понимают, к кому они пойдут. Женщины, выбирающие мужчин-акушеров, обычно заранее обговаривают это со своим супругом, так что никаких скандалов на этот счет не бывает.

Иногда нет ответа на вопрос «Почему?»…

Самое сложное в моей работе — услышать вопрос «Почему?». Почему мой ребёнок оказался в детской реанимации? Почему вы не диагностировали это? Почему мы ходили на УЗИ, а этого никто не увидел? Почему мой ребёнок умер? Я уже говорил, что акушерство — профессия про жизнь, здоровье, мы берём на себя ответственность за жизнь женщины и ребёнка. Но иногда природа считает, что это счастье должно очень стремительно закончиться. У меня нет ответа на вопрос «почему?». Но что-то объяснить, сопроводить, поддержать, сделать так, чтобы женщина смогла ещё раз подумать про беременность и роды, мы можем. И это тоже часть профессии.

Ну и не стоит забывать о таких минусах акушерства, как отсутствие свободного времени. Я приезжаю домой — мне звонят — уезжаю обратно. Причем позвонить могут в любое время. Роженица нуждается в помощи, ты едешь. А твоя собственная семья страдает — муж и отец вечно где-то не дома.

Читайте также: какие пособия на детей вы можете получать, но не знаете об этом