"Какая я вам бабуля?!", или когда дети рано дарят внуков

Рождение детей удается контролировать не всем и не всегда. Рождение внуков – тем более. Одни потенциальные бабушки годами намекают взрослым детям, что аисту давно пора лететь к ним. Другие же не успевают представить себя в такой роли, как счастье не заставляет долго ждать... Что чувствуют женщины, рано ставшие бабушками?

Отчасти мы на рождение внуков, конечно, влияем.  Мы воспитываем  детей, и, значит, сами  формируем их представления о жизни, нормы и ценности.  Семья, дети, профессия, отношения с окружающими людьми, все, к чему стоит стремиться, все, чего стоит избегать.  Убеждения такого порядка внушаются взрослыми через общение, собственный пример, особенности всего процесса воспитания.  Кроме того, мы сами закладываем основы психологической и физиологической грамотности, просвещаем  в вопросах взаимоотношений полов.  Однако, есть факторы, которые контролировать очень трудно.   

Во–первых,  это фактор случайности. Все знали, понимали, осознавали, предвидеть могли, но … просто так получилось. Подростки, молодые люди в силу своей эмоциональности, отсутствия жизненного опыта обладают таким качеством, как нереалистичный оптимизм, не склонны думать о проблемах и последствиях – особенно, в ситуации увлеченности  (хотя, иногда даже взрослые и семейные люди в качестве объяснения своих поступков говорят то же самое – «понимали, знали, но…»).  

Во-вторых, это разница между тем, как взрослые представляют свое воспитание и тем, как оно в реальности сказывается на ребенке. «Вся семья с детства показывала пример, как много надо учиться, работать. Родители, бабушки, тети, дяди – все увлечены своим делом, достигают все новых и новых вершин в профессии.  А она родила в неполные семнадцать.  Невозможно объяснить…». Полная, обеспеченная и образованная семья автоматически считается благополучной. В реальности, и там бывают перекосы воспитания. Есть хорошие примеры – но, возможно, нет искренних чувств, тепла, любви. Нет  семьи в том виде, в каком  это нужно ребенку. Поэтому обнаруживается столь раннее стремление искать привязанность на стороне. Подросток наделяет свои дружеские чувства,  раннюю влюбленность качествами семьи, ведет себя соответственно. Бывает,  что беременность является средством обратить на себя внимание, когда ребенка в семье не замечают.  Так или иначе, а примерно семь процентов детей в развитых странах мира рождаются у мам, которым нет восемнадцати лет. И обсуждать, ругать, воспитывать бывает уже бессмысленно.  Надо забирать из роддома, придумывать имя и решать, как жить дальше. 

Бабушка? Мама? 

«В десятом классе отправили дочку учиться в США. Через год возвращается – с отличным произношением английского и шестью месяцами беременности. Там, видите ли, встретился мальчик из соседней школы, и оба они чувствовали себя плохо вдали от родины, и потому стали так близки. Расписались, жить стали у нас, окончание школы дочери пришлось отложить. Как ни странно, но к самому факту, что стали бабушкой и дедушкой, мы с мужем привыкли довольно быстро, без особых стрессов. Но вот бытовые проблемы в такой ситуации просто невыносимы. Молодые родители мало того, что ничего толком не умеют, так еще и не хотят. Приходим – а в комнате музыка во всю громкость, ребенок плачет, вокруг бардак. Конечно, не сдерживаюсь часто и напоминаю, кто во всем этом виноват и кто за что теперь отвечает. Сейчас говорить приходится только дочке - отец ребенка ушел к своим родителям. Сказал, что я (да, я!) создала нетерпимую обстановку» Марина, бабушка Никиты (37 лет) 

Слишком молодые родители  чаще всего продолжают жить в  родительских семьях. Или вдвоем, или по одиночке.  И роли  в такой семье смешиваются.  Молодые мамы – папы  еще не могут чувствовать себя взрослыми, нуждаются и в советах, и в руководстве. Молодые бабушки – дедушки тоже испытывают потребность именно родительского участия в жизни детей, даже, если  принимают свое положение старшего поколения.  Бабушке бывает почти невозможно провести границу между восприятием себя как мамы и восприятием себя как бабушки.  Скорее, появляется ощущение, что появился еще один собственный ребенок и его тоже нужно воспитывать. Это чувствуется даже в речи.  Бабушка говорит «вы» дочери и внуку, подсознательно объединяя их в одну группу. «Почему вы так шумите? Почему так плачете?», «Вы разбросали игрушки? Давайте собирайте».  Говоря о них с кем – то еще, скорее, скажет «дети», «мои дети», а не «дочь с внуком», «дочь с ребенком».  Дочке в такой ситуации  тоже становится трудно внутренне самоопределиться, овладеть ролью мамы, прочувствовать ее.  Это так же проявляется в обращении – в том, что она, указывая на бабушку, говорит «мама» в речи с ребенком.  Но труднее всего понять, кто есть кто, бывает самому ребенку. Представления о семье, распределении ролей появляются довольно рано. И они имеют значение не только с точки зрения правильного обращения. Ничего страшного, если ребенок ошибается и  иногда говорит на бабушку «мама».  Плохо, если он, действительно, не чувствует, кто есть кто.  Каждая роль в семье несет свой набор качеств, свои отношения, свои обязанности.  Для правильно эмоционального развития,  внутренней гармонии и уверенности мы нуждаемся в этом определении.  Так, например, качеством силы, знания, уверенности, авторитетности мы наделяем родителей.  Они для нес в детстве главные. Им больше всего доверяем, их больше всего слушаемся, от них ждем успокоения и поддержки. А, если главные – все? То вместе, то попеременно? То этого чувства уверенности нет. Это хаос, который потом обернется  общей нервозностью, напряженностью, агрессивностью и, одновременно, незащищенностью в поведении ребенка.  Чтобы этого избежать, нужно вносить адекватные изменения в структуру семьи, правильно распределить роли  и принять их.  Бабушке стоит поддерживать авторитет мамы в глазах ребенка,  и отказываться от демонстрации материнских качеств в своем поведении.  Это основа правильного воспитания и залог здоровых отношений в будущем.

Миссия: исправить жизнь!

«Попутчица в поезде, проникнувшись ко мне симпатией, рассказала такую историю. Семь лет назад ее пятнадцадцатилетняя дочь родила ребенка, и она, чтобы не портить ей, дочке, жизнь, оформила его, как своего собственного. Переехали в другой город, поменяли фамилию, дочка работает, сейчас собирается замуж. Никто, даже родственники, ни о чем не догадались. Но теперь ее это мучает. Думает, как жизнь сложится дальше, что будет, если сын (то есть, внук) когда-нибудь все узнает. Я даже не думала, что такое в наше время возможно. Разве кто-то сейчас относится к внебрачным и ранним детям как к позору? Разве так уж необходимо это скрывать? А ребенок? Каково будет ему осознавать, что его стыдились? У меня самой две дочери подросткового возраста. Конечно, не хочу, чтобы они обзаводились детьми рано, но, если что, не вижу смысла устраивать из их жизни мыльную оперу» Елена (36 лет)

Не всегда мотив такого поступка – страх осуждения как такового. Иногда такое желание  возникает у перфекционистов,  живущих по принципу «как у всех, но гораздо лучше», имеющих четкий жизненный райдер.   Если что-то из ожиданий не совпадает, то это вызывает  столь сильные отрицательные эмоции, что адаптация становится невозможной. Людям такого типа трудно принимать жизнь, как она есть,  они готовы на коррективы любыми усилиями.  А иногда желание взять ребенка на себя возникает у тех, кто считает случившееся своей виной, недосмотром. Страх осуждения  касается лично себя, как мамы, а не дочери.  Сначала исправленная жизнь идет хорошо, есть чувство «как отлично мы все решили».   Но потом, года через три – четыре, неизбежен кризис  переоценки. Ребенок подрастает,  начинает лучше разбираться в родственных связях, собственных чувствах, становится не просто объектом воспитания, а членом семьи, с которым можно общаться почти  на равных. Именно в это время всех, кто, так или иначе, задействован в акте подмены мамы на бабушку, начинают беспокоить вопросы «надо ли было?».  Возникают конфликты – чаще скрытые, складывается ситуация недоговоренности, взаимных обид, упреков в неоправданных ожиданиях.  Бывает даже, что именно в это время, взвесив все «за» и «против» и устав от напряженности, люди решаются на то, чтобы исправить все еще раз, обратно.  Для ребенка это не бывает большим потрясением – в таком возрасте адаптация проходит легко почти к любому положению дел в семье. А вот если решено хранить тайну и дальше, то  последствий не избежать. Дети все равно чувствуют, что есть что-то недоговоренное, скрываемое, это тревожит, делает их беспокойными, ранимыми. Даже во взрослом возрасте переживания смутной неясности своего рождения болезненны, способствуют развитию общей уязвимости. Человек чаще попадает в неприятности, получает травмы, трудно сходится с людьми – не чувствует доверия и, что называется,  твердой почвы под ногами.   

Слишком молода для бабушки

«Это было ее решение - оставить ребенка. Ей и думать, как жить. Ждать, что я в тридцать восемь запишусь в бабушки, буду варить кисель и вязать носки – просто смешно! Я разрешила назвать девочку своим именем – этого достаточно». Вероника, бабушка Вероники (38 лет)

Довольно часто бабушки этой возрастной категории чувствуют настоящую обиду на дочерей, которые лишили их возможности быть  по-настоящему молодыми женщинами, возможности осознавать себя социально и сексуально привлекательными.  Как бы ты ни выглядела, но если на вопрос «Есть ли у вас дети?» отвечаешь «Да. И внуки тоже» отношение будет совсем другим. Поэтому многие факт рождения скрывают, точнее, не афишируют, бабушкой себя называть запрещают, от  значительной помощи в уходе и воспитании отказываются. Более того, иногда рождение столь ранних внуков становится настоящим жизненным кризисом, женщина начинает пересматривать свои отношения, деятельность.  Возникает страх старости, выражающийся в повышенном внимании к своей внешности, увлечении радикальными косметическими процедурами и повышении активности личной жизни.  Некоторые именно сейчас рожают еще одного ребенка, даже, если не планировали этого раньше – и «в отместку» дочери, и, чтобы почувствовать себя в большей степени мамой, а не бабушкой. С дочерью отношения у таких мам всегда были не особенно близкими,  но сейчас становятся еще более прохладными, отдаленными. Дочь обычно старается сблизиться с мамой (и, кстати, ранее материнство в таких ситуациях обычно и случается из мотива почувствовать настоящие детско-материнские отношения), но мама не склонна отвечать. Ребенок в таких условиях может жить и развиваться нормально. Но он тоже будет лишен той доли любви, на которую имеет права.  Отсутствие взаимности передается из поколения в поколение, однако, конечно, такой негативный сценарий можно прервать.  И сейчас – самый подходящий момент.  Бабушка может просить не называть ее именно так, но общаться с дочкой, показывать ей свое расположение и принятие, как женщины и мамы, давать возможность сблизиться с собой и самой делать все для этого просто необходимо. Создавать запас любви лучше с опозданием, чем никогда.

интересное в сети